Аукционы: шесть наблюдений с сентябрьских торгов Sotheby’s в Гонконге
Сезон аукционов стартовал раньше обычного — 18 сентября в Гонконге Sotheby’s проведёт крупную распродажу Important Watches. Мы выделили три главных лота и три заметные тенденции.
Аукционный цикл вернулся, хотя многие не ожидали, что это произойдёт так быстро. В то время как основные продажи в Женеве и Нью-Йорке традиционно проходят позже осенью, Sotheby’s открывает сезон в Гонконге уже 18 сентября.
Для гонконгских торгов характерно огромное количество лотов — это связано и с локальным происхождением многих часов, и с внутренними KPI аукционного дома. Иногда приходится принимать вещи, которые не совсем вписываются в тематику, лишь бы угодить клиентам.
Читателям и покупателям трудно ориентироваться в таком объёме. Хочется показать интересные лоты в среднем и нижнем сегменте, но нельзя обойти вниманием и топ-позиции, способные повлиять на весь рынок. К тому же автор не имеет возможности осмотреть часы лично, поэтому просит читателей поделиться, в каком формате им удобнее получать аукционные обзоры.
Главный герой рынка — F.P. Journe. По данным нескольких источников, новым клиентам приходится ждать более года даже для записи на встречу. Бренд пытается охладить ажиотаж, но пока каждый аукцион приносит новые рекорды.
Два самых дорогих лота — лимитированные версии Tourbillon Souverain, сделанные в 2005–2006 годах для Sincere Fine Watches. Первая — в розовом золоте с чёрным перламутровым циферблатом (5 экземпляров), вторая — в платине с синим перламутром (15 экземпляров). Оценка каждой — 1,9–3,8 млн долларов.
Ещё один Journe — Répétition Souveraine с оценкой 300–500 тыс. долларов. Часы на браслете выглядят эффектно, хотя репетир никогда не был визитной карточкой мастера.
Всего в каталоге 16 лотов F.P. Journe — относительно скромная доля, но впереди ещё несколько осенних торгов. При этом первыми тремя лотами стали не часы, а аксессуары: набор перьевых ручек и часы-таблица. Коллекционеры платят за них «безумные деньги», хотя сам Франсуа-Поль прославился именно часовым делом.
Самая необычная модель Cartier — Cheich («шейх», «шарф пустыни»). Часы в форме головного платка туарегов вдохновлены ралли Париж–Дакар. С 1983 года Cartier вручал их победителям двух лет подряд; всего сделали четыре трёхцветных экземпляра. В 2010-м для коллекционера Джорджо Сераньоли изготовили уникальную версию в белом золоте — именно она выставлена с оценкой 1–5,1 млн долларов.
Если Cheich не по вкусу, в продаже есть несколько усыпанных камнями Crash, Paris Crash 1991 года, Bamboo Coussin в жёлтом золоте и платиновый Santos-Dumont 1994 года, очень близкий к винтажным образцам.
Несмотря на моду на Journe, Patek Philippe остаётся опорой верхнего сегмента. Среди топ-лотов — уникальный ref. 5074R с чёрным циферблатом, цифрами Бреге и белыми стрелками (кроме розовой «1»). Оценка — 1,275–2,55 млн долларов; часы всё ещё запечатаны.
В каталоге также ref. 5074P (оценка вдвое ниже), более современный ref. 5374 и ref. 2497 с центральной секундной стрелкой — последний экземпляр этой модели. Особо выделяется ref. 5016 второй серии в розовом золоте: вечный календарь, минутный репетир и турбийон с нижней оценкой 450 тыс. долларов.
Карманные часы наконец возвращают себе высокие цены. В лоте ref. 942/2 — уникальные часы с двумя заводами, grande et petite sonnerie, минутным репетиром, вечным календарём и сплит-хронографом. Оценка — 445–890 тыс. долларов.
Ещё один шедевр — ref. 961 хронометр с вечным календарём и минутным репетиром; в нём применён спуск с пружинной детентой по типу Эрншоу. Часы выпущены около 35 лет назад.
Среди других карманных часов — одниминутный турбийон со сплит-хронографом от Charles Frodsham, подаренный Дж. П. Морганом Пирпонту Морган Хамилтону, и двухзаводной grande et petite sonnerie-хронограф с кнопочным репетиром, стартующий от 150 тыс. долларов.
Четыре уникальных Nautilus Chronograph ref. 5980/1A продаются в двойной заводской упаковке. У каждого циферблата по-разному выделен красный индекс — деталь, которую заказал один и тот же клиент. Оценка каждого — 300–600 тыс. долларов.
Феномен «запечатанных» часов возник несколько лет назад: покупатели платили премию за двойную или одинарную заводскую пломбу, гарантирующую, что часы ни разу не носили. Это привело к злоупотреблениям и потере «магии» презентации; сейчас дилеры часто вскрывают пакеты, но премия за «новизну» остаётся.
Rolex Bubbleback считается первой моделью, за которой началась коллекционная охота. С лота 2339 продаётся коллекция из десяти таких часов. Среди них ref. 3131 1930 года в жёлтом золоте с чёрным 24-часовым циферблатом (оценка 15–40 тыс. долларов) и две розово-золотые версии 3130/3131 с монохромными циферблатами.
Bubbleback легко подделать или пересобрать, поэтому при покупке на аукционе требуется особая осторожность. Циферблаты часто переделывали ещё в прошлом веке, и не всегда это можно определить по фотографиям.
В каталоге хватает и более доступных лотов: Patek ref. 3718A для японского рынка, Cartier/James Schulz 1945 года, необычные Omega De Ville Jeux d’Argent и несколько эмалевых Patek, которые мы не успели разобрать подробно.
Оригинал — Hodinkee; текст — полная адаптация для Chrono Center, не дословный перевод.